13 сентября 2018

Женское предпринимательство в мире считают важным фактором устойчивого экономического развития страны. По оценкам экспертов, в 2016 году доля женского бизнеса в мире составляла около 36%, увеличившись с 30% в 2007 году. Но в разных странах отношение к бизнес-леди сильно отличается, как отличаются и амбиции и цели самих женщин.

бизнеследиПроблемы белорусских бизнесвумен в исследовании «Женщины в бизнесе Беларуси: особенности, мотивация и барьеры» анализировала эксперт Центра экономических исследований BEROC Мария Акулова.

Скромная роль

Акулова констатировала, что до сих пор нет четкого определения уровня участия женщин в бизнесе в Беларуси. Данные Всемирного банка показывают, что в 2012 году около 32,7% фирм в Беларуси работали под управлением женщин топ-менеджеров, тогда как в 43,6% фирм женщины были собственниками или совладельцами. Нынешнее исследование BEROC показало, что женщинам принадлежит около 30% компаний.

Вопрос оказался дискуссионным. В частности, директор Бизнес-инкубатора малого предпринимательства Марина Найдович посетовала на проблемы с гендерной статистикой в Беларуси в целом, подчеркнув, что некоторые «всплески» численности женщин в бизнесе не имеют отношения к гендерному равенству и процветанию экономики. К примеру, когда ввели ограничения на число наемных работников для ИП, все продавщицы на рынках стали ипэшницами и доля женщин среди ИП взлетела до 80%.

«Но реальных препятствий для женщин в бизнесе нет. Нет такого: ты баба, тебе кредит не дадим», — уверена Найдович. При этом исследование ЕБРР показывает, что в Беларуси в вопросе привлечения кредита на развитие бизнеса отношение мужчин к женщинам составило 10 к 1, а вероятность отказа в выдаче кредита для женщин на 55% выше, чем для мужчин.

Представитель ЕБРР Ольга Кузнецова обратила внимание на то, что довольно большое число женщин — собственников бизнесов не говорит о серьезной роли прекрасного пола. «Часто это номинальные владельцы, их иногда даже в компании никто не видел. Речь идет о регистрации компаний на жену или сестру для диверсификации рисков. Мы стараемся ориентироваться на то, кто реально принимает решения в компании — и здесь тоже может быть перекос. К примеру, главного бухгалтера у нас не всегда воспринимают как топ-менеджера», — отмечает Кузнецова.

Эксперты констатируют, что женский бизнес в Беларуси сосредоточен в секторах с самой низкой добавленной стоимостью, в частности в торговле. Среди других секторов — гостиничный бизнес, сфера медицинских и социальных услуг. В торговле занято 29% женских бизнесов, а в производстве — около 10%.

«Торговые бизнесы — это бизнесы, выросшие еще из 1990-х, когда женщины были вынуждены уйти в предпринимательство и смогли выжить. Много бизнесов и в сфере обслуживания — это позволяет работать по гибкому графику, уделяя время семье. При этом, к сожалению, эти бизнесы не масштабируются практически никогда», — отмечает Ольга Кузнецова. Большинству женщин достаточно поддерживать статус-кво бизнеса, не вкладывая в его развитие и собственные компетенции. «Даже у суперкрутых женщин есть какие-то барьеры, и многие, даже если ресурсы появляются, скорее вложат их в семью, в образование детей, чем в бизнес или собственное образование», — обращает внимание представитель ЕБРР.

Стереотипы или особенности?

Исследование Марии Акуловой показало, что женский бизнес меньше по размеру, и в средней компании с женщиной-собственником занято 11 работников против 17 в компании с мужчиной-собственником.

Женский бизнес более молодой и отстает по динамике роста. Например, рост продаж за последний год в четыре раза меньше, чем у компании со схожими характеристиками и мужчиной-собственником. Если же брать рост продаж за последние три года, то уровень отставания находится на уровне 100%.

Интересно, что многие гипотезы относительно женского бизнеса, подтвержденные белорусским исследованием, в мире уже неактуальны. К примеру, посол Швеции Кристина Юханнессон рассказала, что хотя женское предпринимательство в Швеции и отстает по масштабам от мужского, некоторые проблемы оно благополучно переросло.

Юханнессон, в частности, поделилась результатами шведского исследования об отношении венчурных капиталистов к гендерному вопросу. «Изучали 126 компаний, подавших заявки на финансирование. В руководстве соотношение мужчин и женщин оказалось примерно равное. Но стереотипы еще действуют. Выявлено четыре причины, по которым женщины чаще не получают финансирование — обладатели ресурсов уверены, что „женские“ компании не готовы и не хотят расти; у женщин нет ресурсов для роста; компании женщин не показывают устойчивый результат; женщины избегают риска и не амбициозны. Исследование показало, что это именно стереотипы и реальной разницы в результатах работы „женских“ и „мужских“ компаний в Швеции нет», — подчеркнула посол.

Инновационная активность белорусских компаний незначительно меняется в зависимости от пола владельца (33,3% женских и 38,9% мужских компаний внедряют инновации в течение последних 3 лет). Однако успешность реализации внедряемых инноваций, а также их актуальность оказались более успешны среди мужских бизнесов. Согласно результатам опроса, доля прибыли, приходящаяся на имплементированные инновационные продукты, составила 28,8% среди мужских компаний и лишь 16,4% среди женских.

Наибольшая предпринимательская активность у мужчин наблюдается в возрасте 25−44 лет, а потом идет на понижение, что соответствует мировым трендам. К этому возрасту, отмечает автор, удается получить образование, накопить опыт, сформировать круг знакомств, обеспечить доступ к финансированию, чем в более молодом или взрослом возрасте.

У женщин картина немного иная и наблюдается относительно равномерное распределение женщин-собственников в возрастных группах 25−54 с пиком в возрасте 45−54, а после этого идет спад. К этому моменту накапливается уже достаточное количество ограничений, останавливающих людей от ведения бизнеса и дополнительного риска — семьи, проблемы со здоровьем, отмечает Акулова. «Создается ощущение, что, несмотря на присутствие типичных для многих стран ограничений, особенности рынка труда двигают женщин в сторону ведения бизнеса. Одним из потенциальных объяснений может служить семейный статус», — говорит автор. В случае женщин-собственников порядка 26% сообщили, что потеряли своего партнера, тогда как среди мужчин эта группа находится на уровне 9%. Таким образом, вероятно значимая часть вдов продолжают дело, начатое супругом либо вместе, предполагает автор.

Борщ для бизнес-леди

Главным «тормозом» увеличения влияния женщин в бизнесе эксперты видят все еще весьма неравное распределение домашних обязанностей между партнерами. Согласно результатам опроса, около 40% женщин и лишь 9% мужчин-предпринимателей выполняют 75% семейных обязанностей и выше. 37% женщин и только 0,74% мужчин-собственников отметили, что уход за детьми — их обязанность. Схожая картина и при анализе ответов на вопрос, кто остается дома, когда дети болеют (32,6% против 1,28%).

Картина принципиально не меняется вне зависимости от размера компании, которой владеет мужчина и женщина-собственник. Результаты опроса показали, что большую часть домашних обязанностей женщины выполняют, даже если они — собственники микро, малого либо среднего бизнеса. Мелкий ремонт по дому — единственная функция, за выполнение которой ответственным является мужчина, тогда как приготовление еды, уборка дома, стирка остаются исключительно женскими функциями вне зависимости от размера ее бизнеса. Что касается вопроса по уходу за детьми, то тут картина еще более неутешительная, констатируют эксперты. Лишь незначительная доля мужчин-собственников выделила эти функции как одну из своих обязанностей.

Итог закономерен — только около 42% женщин и почти 70% мужчин полностью удовлетворены тем, как распределены домашние обязанности. То есть груз домашних обязанностей постепенно начинает восприниматься не как должное.

Исследуя барьеры для ведения бизнеса и основную мотивацию, авторы не выявили существенных в оценках мужчин и женщин различий при оценке барьеров. Основными внешними барьерами сегодня называют административные (сертификации, лицензирование и др.) и вопросы изменчивости законодательства (44,1% женщин и 41,1% владельцев бизнеса мужского пола). Далее следуют вопросы по налоговой системе: высокий уровень ставок, изменчивость (33,5% и 30,5%). На третьем месте идет государственный контроль, включающий в себя регулирование цен, валютное регулирование (32,2% против 29,3%).

Почти все барьеры были в равной степени упомянуты мужчинами и женщинами-респондентами, за исключением вопроса коррупции. Коррупция — единственное препятствие, на которое указало более 50% женщин, тогда как лишь 12% мужчин-собственников считают это проблемой. Одним из предположительных объяснений такого результата называют то, что женщины просто боятся пойти на смелые и опасные действия в бизнесе, например дать взятку.


Ольга Лойко,
tut.by